Скопировать нельзя проверить

22 сентября 2026 года мы установили ещё один памятник, а именно памятник нежелательному событию на прямом эфире о нежелательных событиях.

Сам прямой эфир с Натальей Геннадиевной Мефодовской «А если честно? Культура психологической безопасности в медицине» прошёл прекрасно. А дальше случилась почти идеальная ирония судьбы. На прямом эфире о нежелательных событиях произошло наше собственное нежелательное событие. Эфир пришлось перезаписать. Так что тему нежелательных событий мы в тот день разобрали не только теоретически.

В итоге запись готова и опубликована.

И вот теперь я очень советую её посмотреть, потому что разговор получился действительно интересный. Мы говорили о том, почему сотрудники молчат о проблемах и ошибках, как руководитель своей первой реакцией может либо открыть путь к честному разбору ситуации, либо закрыть его надолго, чем культура безопасности отличается от культуры поиска виновного и почему рост количества сообщений о нежелательных событиях иногда свидетельствует вовсе не об ухудшении ситуации, а о том, что люди наконец начали говорить.

И там был кейс, который особенно зацепил меня как юриста. Он начинается с совершенно обычного действия, знакомого практически каждому, кто работает с электронной медицинской документацией.

Скопировали предыдущую запись.

Что произошло дальше, рассказывать не буду. Иначе зачем Вам смотреть эфир.

Но сама тема копирования медицинских записей гораздо серьёзнее, чем может показаться.

Я когда-то рассказывала свою собственную историю с травмпунктом (Telegram; MAX). Я упала вместе с велосипедом, и в травмпункт пришла из-за колена. Врач меня фактически не осматривал так, как это впоследствии оказалось описано в медицинской документации. А когда я зашла в ЕМИАС и открыла свою медкарту, там уже существовал вполне подробный осмотр со сведениями, которые с реальностью не совпадали. Врач не проводил часть описанных в карте действий, однако в медицинской записи появились результаты такого осмотра.

Это тот случай, когда читаешь медицинскую документацию и понимаешь, что в ней описан как будто другой пациент и другой приём.

Причём накануне я у этого врача не была. Никакой моей вчерашней записи, которую можно было бы повторить, просто не существовало. Значит, текст взялся откуда-то ещё, а именно из шаблона, из заготовки осмотра или из записи о другом пациенте. Откуда именно, я утверждать не могу. Но именно такие истории заставляют внимательнее относиться к функции copy-paste в медицинских информационных системах.

Сама возможность скопировать предыдущую запись удобна и понятна. У пациента действительно могут сохраняться жалобы, анамнез, диагнозы, часть объективных данных. Нет необходимости каждый раз заново набирать неизменившийся текст.

Проблема начинается в другом месте.

Вчерашняя информация не должна автоматически становиться описанием сегодняшнего состояния пациента. А сведения о другом пациенте тем более.

И копируют не только собственные вчерашние записи. В медицинскую карту может попасть шаблонный осмотр, заготовка «на все случаи» или фрагмент записи о другом пациенте. Тогда медицинская документация описывает уже не вчерашний день этого пациента, а человека, которого врач в этот день вообще не видел.

И это далеко не только российская проблема.

Более 104 миллионов медицинских записей и половина дублированного текста

В 2022 году в журнале JAMA Network Open было опубликовано исследование Jackson Steinkamp, Jacob J. Kantrowitz и Subha Airan-Javia «Prevalence and Sources of Duplicate Information in the Electronic Medical Record» («Распространённость и источники дублированной информации в электронной медицинской карте») (ссылка на исследование).

Авторы проанализировали 104 456 653 медицинские записи 1 960 689 пациентов, созданные в University of Pennsylvania Health System с 2015 по 2020 год.

Результат впечатляет. 50,1% всего текста медицинских записей было дословно продублировано из более ранней документации того же пациента. Доля такого текста увеличилась с 33% в 2015 году до 54,2% в 2020 году.

При этом авторы считали только текст, повторяющий записи о том же самом пациенте. Сведения, перенесённые из медицинских карт других пациентов, в эту цифру не входят, поскольку исследование их не измеряло.

Но ещё интереснее вывод авторов. Дублирование информации нельзя рассматривать исключительно как неправильное поведение отдельных врачей. Масштаб явления свидетельствует о проблемах самого способа работы с электронной медицинской документацией.

Поэтому и простое запрещение функции copy-paste не решает проблему автоматически. Вопрос значительно сложнее, чем «разрешить или запретить копирование».

85% данных копировалось из предыдущих записей

Есть и ещё более наглядное исследование.

В журнале Journal of Clinical Orthopaedics and Trauma в 2017 году опубликована работа «The role of copy and paste function in orthopedic trauma progress notes» («Роль функции copy-paste в ежедневных записях при ортопедической травме») (ссылка на исследование). Исследователи изучили 38 историй болезни и 418 ежедневных записей пациентов, прооперированных по поводу тяжёлых переломов большеберцовой кости в Saint Louis University Hospital. В среднем 85% данных ежедневно копировалось из предыдущих записей. При этом часть существенных изменений состояния пациента в документации на следующий день вообще не отражалась. Так, 4 из 7 осложнений, непосредственно связанных с травмой, не были отражены в следующей записи, а среди незапланированных операций 3 из 4 также не нашли своевременного отражения в документации. Авторы пришли к выводу, что чрезмерное использование copy-paste приводит к неточностям и может искажать реальную динамику состояния пациента.

Но и здесь самое интересное заключается не в самом проценте.

Речь шла о пациентах с травмами, состояние которых могло изменяться в динамике. Исследователи оценивали, насколько последующие записи действительно отражали возникшие изменения и осложнения.

Выяснилось, что часть значимых изменений своевременно в документацию не попадала. То есть проблема copy-paste состояла уже не просто в появлении большого количества повторяющегося текста. Копирование могло мешать медицинской записи выполнять одну из её основных функций, а именно отражать реальное состояние пациента именно в данный момент.

И здесь зарубежные исследования неожиданно хорошо соединяются с российской судебной практикой.

Полностью идентичные ежедневные осмотры

Очень показательный пример содержится в определении Судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 01.06.2026 по делу № 8Г-7020/2026 [88-8106/2026] (ГАРАНТ; КонсультантПлюс).

Пациент находился на стационарном лечении после хирургического вмешательства. При проведении судебно-медицинской экспертизы эксперты обратили внимание на ежедневные полностью идентичные записи врачебных осмотров о состоянии послеоперационных ран вплоть до дня перевода пациента.

Последний такой осмотр был зафиксирован в 09:30.

Через 45 минут после него уже в другой медицинской организации у пациента было обнаружено гнойное отделяемое из послеоперационной раны.

Эксперты указали, что такой объём гнойно-некротического процесса формируется не менее трёх-пяти дней и мог быть выявлен раньше при тщательном физикальном обследовании. Сами описания раны эксперты назвали недостоверными шаблонными и оценивали клиническую картину без их учёта.

В результате был установлен дефект послеоперационного наблюдения и диагностики.

При этом суд не устанавливал, что врач технически воспользовался функцией copy-paste. Полностью идентичные записи сами по себе не доказывают способ их создания.

Но повторяющийся текст приобрёл значение в совокупности с объективной клинической картиной. Медицинская документация сообщала одно, а фактическое состояние пациента свидетельствовало о другом.

Именно в этом заключается риск.

Медицинская запись должна отражать пациента, а не предыдущую медицинскую запись о пациенте.

Одинаковые давление, пульс, дыхание и температура на протяжении всего лечения

Второй пример связан уже не с гражданским спором пациента с медицинской организацией, а с государственным контролем.

В решении Московского городского суда от 29.07.2025 по делу № 7-9935/2025 (ГАРАНТ; КонсультантПлюс) рассматривалась жалоба ФГАУ «НМИЦ ЛРЦ» Минздрава России на постановление о привлечении медицинской организации к административной ответственности по ч. 3 ст. 19.20 КоАП РФ.

В ходе внеплановой проверки Росздравнадзор анализировал медицинские карты пациентов.

В одной из них было установлено, что гемодинамические показатели (артериальное давление, пульс, частота дыхательных движений) и температура во всех дневниках были идентичными за весь период лечения.

Одновременно проверка выявила и другие расхождения между медицинской документацией и объективными данными исследований. В частности, указанный в дневниковых записях характер сердечного ритма в отдельных случаях не соответствовал данным ЭКГ.

Эти расхождения были лишь частью выявленных нарушений лицензионных требований. Проверка установила также отсутствие оборудования, предусмотренного порядками оказания медицинской помощи, и нарушение сроков оказания специализированной медицинской помощи.

Московский городской суд оставил постановление о привлечении медицинской организации к административной ответственности без изменения.

И здесь тоже суд не устанавливал использование врачами технической функции copy-paste. Здесь хорошо показано другое. Повторяющиеся показатели в дневниковых записях и расхождение медицинской документации с объективными данными вполне могут стать предметом внимания Росздравнадзора, экспертов, а затем и суда.

Copy-paste здесь не главный герой

Поэтому я бы вообще не ставила вопрос так, можно врачу копировать медицинскую запись или нельзя.

Сам по себе copy-paste всего лишь инструмент. Риск возникает тогда, когда скопированная информация перестаёт быть заготовкой и начинает восприниматься как результат сегодняшнего осмотра, сегодняшнего назначения или сегодняшней оценки состояния пациента.

И тогда значение имеют уже вполне практические вопросы.

И наконец, что происходит в медицинской организации, если ошибка всё-таки обнаружена?

На прямом эфире Наталья Геннадиевна как раз предложила посмотреть на подобную ситуацию не через мгновенный поиск виновного, а через совокупность обстоятельств. В разобранном кейсе значение имели и действия врача, и возможности медицинской информационной системы, и передача информации между сотрудниками.

И вот здесь тема медицинской документации напрямую соединяется с культурой безопасности.

Если после нежелательного события медицинская организация ограничивается ответом «виноват врач», можно наказать одного человека и при этом оставить все условия для того, чтобы аналогичная ситуация произошла снова уже с другим сотрудником.

Если же задать вопросы «Что произошло?», «Почему это стало возможным?» и «Что необходимо изменить, чтобы это не повторилось?», можно увидеть значительно больше.

Именно в этом одно из принципиальных различий между культурой поиска виновного и культурой безопасности, о которых мы говорили на прямом эфире.

А рядом с нежелательным событием всегда есть пациент

Для нас этот эфир стал началом большой темы. Честный разбор причин внутри медицинской организации важен, но на нём история нежелательного события редко заканчивается. Рядом всегда есть пациент, который имеет право знать, что с ним произошло.

На эфире Наталья Геннадиевна подчёркивала, что о произошедшем нежелательном событии с пациентом нужно говорить открыто, умалчивать о нём нельзя.

И здесь начинаются уже совсем практические вопросы. Кто будет вести этот разговор. Как к нему подготовиться. Какими словами сообщить о случившемся, чтобы снизить напряжение и сохранить доверие. И что делать дальше, когда у пациента появляются требования.

Всю эту линию мы проживём вместе 9 октября, во второй день семинара «Платные медицинские услуги по новым правилам: анатомия системы и отношений с пациентом».

Получается цельный путь, а именно от вопроса «Что произошло?» внутри медицинской организации к разговору с пациентом и дальше к юридически оформленному результату.

Вместо вывода

Функция копирования экономит время.

Но медицинская документация существует не для того, чтобы врачу было быстрее заполнить очередную форму. Она должна содержать достоверную информацию о конкретном пациенте в конкретный момент времени.